Обработка персональных данных

Данные водителей и сотрудников заносит парк, и распоряжается ими парк: он решает, кого завести и что записать. Мы — Евгений Ачин, hello@fleetau.com — обрабатываем эти данные по поручению парка: храним, показываем тем, кому положено, и считаем по ним аренду. Юридическое лицо пока не зарегистрировано, и мы не прячем это за формулировкой: реквизиты появятся здесь вместе с ним.

Свои данные — почту и название парка при регистрации — вы отдаёте нам напрямую. Обрабатываются они по законодательству Республики Казахстан о персональных данных.

Чего мы не собираем: геолокации и телематики нет — продукт работает без оборудования в машине. Лишние данные — это лишняя ответственность, поэтому обязательных полей в сервисе мало.

Водитель

имя, телефон, при желании почта; условия договора аренды и след их подтверждения — время, сетевой адрес и устройство, с которых водитель подтвердил условия, вместе со снимком того, что ему показали. Этот след — то, на что опирается долг в споре, поэтому записывается он в момент подтверждения и задним числом не создаётся.

Сроки документов

дата окончания водительских прав. В сводке сроков нет ни имени, ни номера документа: парку нужен ответ «можно ли выдать машину», а не копия удостоверения.

Фотографии осмотров

фото машины при выдаче и приёмке. Это доказательство состояния машины в денежном споре, поэтому хранится не меньше 24 месяцев.

Штрафы

номер постановления, дата и время нарушения, сумма и, если парк приложил, скан постановления. Кто был за рулём, система определяет по журналу аренды — новых данных о водителе для этого не нужно.

Сотрудники и партнёры парка

имя, контакт для входа и роль. Партнёр видит доход своей машины, но не людей парка.

Парк

почта и название; юрлица парка — для кассы. БИН и юридический адрес при регистрации не обязательны.

Базы данных и файлы — в казахстанском регионе Yandex Cloud. Фотографии осмотров и сканы документов — в объектном хранилище того же региона. По умолчанию данные не покидают Республику Казахстан; единственное исключение описано ниже, и оно работает только по вашему явному согласию.

Партнёр-владелец машины

персональных данных водителя не видит. Водитель показывается обезличенно — «Ерлан Т., рейтинг 4.8, с 12 мая»: ни телефона, ни полного имени, ни документов. Это не настройка, которую можно случайно переключить: таких полей просто нет в данных, которые уходят в кабинет партнёра.

Водитель

не видит владельца машины и экономику парка — ни дохода, ни размера выплат, ни контактов владельца.

Соседний парк

не видит ничего. Парки изолированы; водитель, работающий в двух парках, — две независимые записи. Платформа не связывает их между собой и сквозного профиля человека не строит.

Мы

видим данные настолько, насколько нужно, чтобы сервис работал и чтобы помогать вам в поддержке. Мы не продаём их, не передаём рекламным сетям и не строим на них профилей.

Согласие в fleeTau — не галочка. Записывается, кто согласился, когда и под каким именно текстом: вместе с записью хранится номер редакции текста и его криптографический отпечаток. Текст хранит сервер, а не страница в браузере, поэтому подписаться под одним текстом, а предъявить другой не получится.

Отозвать согласие можно в любой момент в том же разделе кабинета, где оно давалось. Отозванное не стирается, а остаётся историей: согласие, которое нельзя показать за прошлый период, юридически не существует — а спрашивают именно за прошлый.

Проверка согласия закрыта по умолчанию. Нет записи, не совпал отпечаток текста, согласие отозвано, проверка недоступна — во всех этих случаях ответ «нельзя», и действие не выполняется. Обратный порядок означал бы обработку данных по умолчанию, и мы его не допускаем.

Единственный такой случай сегодня — автоматическое распознавание сканов постановлений о штрафах: копия изображения уходит стороннему сервису распознавания на время обработки. Это происходит только по явному согласию парка; без согласия штрафы заносятся вручную, и это единственное последствие отказа.

Каждая передача записывается в журнал до того, как уйдёт первый байт: кому передали, отпечаток файла, кто из людей это запустил, на каком основании — с датой и редакцией согласия на момент передачи — и чем закончилось, включая неудачи. Сам документ в журнале не хранится: журнал передач не должен становиться вторым хранилищем тех данных, от которых он защищает.

Хранение изображений при этом остаётся в Казахстане — за границу уходит копия на время распознавания. Число передач на парк ограничено дневным пределом, и считается он по тому же журналу, а не отдельным счётчиком.

Карточные данные через наши сервисы не проходят. Там, где появляется оплата картой, карта вводится на странице платёжного провайдера, а к нам приходят только токены. Опасность не только в хранении: данные, однажды прошедшие через процесс с журналами, — уже проблема, поэтому мы не даём им проходить.

Арендные платежи водителей на наши счета не поступают: водитель платит парку, парк отмечает платёж.

Фотографии осмотров — не меньше 24 месяцев: это доказательство в денежных спорах, и удалить его раньше значит оставить парк без защиты.

Денежные записи не стираются и не переписываются: реестр устроен так, что правку задним числом нельзя внести незаметно. То же с журналом трансграничных передач и историей согласий — это доказательства, и их смысл в неизменности.

Остальное удаляется по запросу. Данные водителя заносит парк — к нему и первый запрос; если вопрос к нам, напишите на hello@fleetau.com. Мы удалим то, что не обязаны хранить как доказательство, а по остальному честно скажем, что остаётся и почему.

Эту страницу написал оператор сервиса — так, чтобы её можно было прочитать и понять, а не подписать не глядя. Каждое утверждение здесь соответствует тому, что сервис делает на самом деле, и правится вместе с ним.

Юридическую силу документ приобретает после проверки юристом. До этого момента он остаётся точным описанием обработки данных, а при любом расхождении приоритет за прямой договорённостью между нами и вами.

Редакция от 13 августа 2026. Вопросы про данные — hello@fleetau.com.